Юбилей
Вчера, 30 марта, «Вечерняя Одесса» отметила юбилей бессменного заместителя редактора Людмилы Александровны Гипфрих.

…Если представить редакцию газеты как единый организм, то станет ясно, что нет у него, этого многоклеточного и многофункционального организма, ни единой клеточки, а тем более функции, которая бы не интересовала, не волновала Людмилу Александровну. Поэтому спокойная жизнь, видимо, ей никогда и не снилась. Но и коллегам, подчиненным и просто сотрудникам Людмила Александровна не позволяет успокаиваться, довольствоваться достигнутым, останавливаться на полпути, работать в полсилы. С полным правом можно говорить, что «Вечерняя Одесса» для нее — и жизнь, и призвание, и судьба.
Судьба нелегкая, со множеством испытаний…
Она пришла в «Вечернюю Одессу» c «командой» самых первых «вечеркинцев», которых привел за собой из молодежной газеты «Комсомольська іскра» ее первый Редактор, мы настаиваем — создатель газеты, Борис Федорович Деревянко. В штат «Вечерки» зачислена 12 июня 1973 года — на одну из самых ответственных и самых хлопотных должностей в редакции — ответственным секретарем. С полным правом можно утверждать, что первый номер одесской «Вечерки» (уже можно говорить — исторический, ведь прошло 34 года) в печать готовила — вычитывала материалы, подсчитывала строки, макетировала полосы, организовывала работу корректоров, налаживала сотрудничество с типографскими рабочими и т.п. — Людмила Александровна Гипфрих. Естественно, при самом активном участии Бориса Федоровича, который все держал под своим личным контролем, подробно вникал во все аспекты редакционной жизни… Быть в течение двух десятилетий первым и единственным его заместителем (а с первого зама и первый спрос) — сродни подвигу, с чем, безусловно, согласятся все, кто прошел через жернова «Вечерней Одессы» Бориса Деревянко, который, обладая великим журналистским и редакторским талантом, был одновременно и великим тружеником, требуя того же от подчиненных. Но вряд ли согласится сама Людмила Александровна, поскольку для нее эти годы были… просто жизнью, призванием и судьбой.
Работать с  Редактором Деревянко было столь же сложно, сколь и интересно. Мужики, за редким исключением, не выдерживали. Темпов, объема работы, требований к  качеству написанного для газеты и даже личным твоим качествам… Как прописная истина, помнится, в нашей профессиональной среде повторялось суждение о том, что в вечерних газетах журналист более 10 лет работать не может. Более не выдержит. Кто придумал, кто проверял — не знаю, но, полностью опровергая это утверждение, Людмила Александровна Гипфрих «Вечернюю Одессу» выдержала без малого 34 года. 33 из них — заместителем редактора. Попробовав на этой должности нескольких мужчин, Борис Федорович навсегда заменил их женщиной. Когда послушной, когда строптивой, но неизменно мудрой, надежной и верной. Профессионалом. Наш первый Редактор умел предвидеть…
Когда, выполняя заказ, его убили (ранним утром, по дороге на работу; заказчик до сих пор не найден), Людмила Александровна гостила у Беллы Феликсовны Кердман в Израиле (постоянным читателям «Вечерней Одессы» не надо представлять эту журналистку). Их крепкая многолетняя дружба — тоже явление не случайное, в его основе — верность долгу и преданность делу, которому обе посвятили жизнь. Не зря говорят: скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты… Интересно и то, что обе искренне гордятся своей дружбой, высоко ценят вклад каждой в отечественную журналистику. Но речь сейчас веду не об этом. Когда убили Бориса Федоровича, и мы сообщили об этом в Израиль, Людмила Александровна вернулась домой первым же, ночным, авиарейсом и сразу приступила к своим обязанностям. Иначе быть не могло.
«Меня забирают, — сказал мне во сне в ту первую ночь без него покойный Борис Федорович. — Надежда на вас двоих…»
И не было сомнений, кого он имеет в виду. После убийства Редактора «Вечерняя Одесса» могла выжить — и выжила! — только при наличии в коллективе Людмилы Александровны в качестве первого заместителя, стержня осиротевшего коллектива.
Недавно мы спорили по редакционному, сугубо производственному, вопросу. До хрипоты, до сердечных коликов. Суть возникшего разногласия состоит в том, что одна, то есть я, считает, что и нам, «Вечерней Одессе», ради самосохранения необходимо приспосабливаться к современным условиям газетного бытия и, как все это сейчас делают, немного хитрить, а Людмиле Александровне хитрить и притворяться — противно. Сказывается старая журналистская школа, когда все всерьез и на глубокой искренности, на уважении к себе и к читателю, без страха и упрека, без хитростей и притворства, когда действительно «трое суток шагать ради нескольких строчек в газете».
Молодую журналистскую поросль, увы, сейчас этому не учат. И, как бы ощущая эту нишу, Людмила Александровна тянется к молодым, начинающим журналистам. В ее лице приходящая в «Вечерку» «зелень» — увы, весьма редко к нам приходящая, чтобы по-настоящему работать, — имеет мудрого наставника и… защиту. Людмила Александровна, как никто, умеет понимать молодых, сопереживать им, поддерживать их начинания.
А еще она пишет замечательные — настоящие! — стихи, но печатает их крайне редко, хоть и мечтает, тихо, втайне, о собственной книжечке. Преданно и верно любит театр, театралы ценят ее как критика.
…После энного количества лет каждый юбилей для женщины — уже не праздник, а… испытание. Нам, коллективу «Вечерней Одессы», искренне хочется, чтобы Людмила Александровна еще не одно такое «испытание» пережила, отметила с радостью вместе с нами. «Вечеркинцам» всех поколений есть за что ей низко поклониться.
Лариса БУРЧО.